Морелли священные законы

Политико-правовые идеи французского утопического социализма XVIII в. Ж. Мелье, Морелли, Г. Мабли, Г. Бабеф

Французский утопический социализм эпохи Просвещения на основе требований разума и естественного права критиковал буржуазное общество и утверждал необходимость коммунистического общества как единственно рационального и отвечающего равному праву всех людей на свободу и пользование жизненными благами.

В XVII–XVIII вв. утопический социализм развивался под воздействием широких народных движений. По мере вызревания буржуазных революций в Европе в борьбу против феодализма включались крестьянство, городские низы – предшественники пролетариата. Это придавало размах и силу революциям. Народные массы в них нередко выдвигали в качестве самостоятельных требований равное право на собственность, уравнение наделов земли, объявление ее общим достоянием и т.д. Настроения народных масс оказывали влияние на передовые умы того времени и получали отражение в их утопических учениях.

В предреволюционной Франции XVIII в. коммунистические идеи получают свое развитие в трудах Ж. Мелье, Морелли, Г. Мабли, Г. Бабефа.

Жан Мелье (1664–1729) – основоположник леворадикального направления в учении о государстве и праве. По настоянию родителей он стал сельским священником и потому хорошо знал жизнь деревни, был свидетелем безжалостной эксплуатации крестьян, их тяжких бедствий. Мелье дал резкую и страстную критику феодально-капиталистических порядков и религии.

Ж. Мелье оставил после себя единственную рукопись – «Завещание». Она распространялась в рукописных списках, а полностью была опубликована только в 1864 г. В своем сочинении он мечтал о коммунистическом строе, основанном на коллективной собственности, о жизни, где не будет места угнетателям. Он считал, что без революционной борьбы нельзя покончить с угнетением, несправедливостью, и призывал крестьян взяться за оружие.

В своей концепции Мелье исходил из того, что все люди равны от рождения, имеют одинаковые права на свободу, справедливость и на собственную долю в земных богатствах. Мыслитель отстаивал полное социальное равенство граждан, выступал за отмену частной собственности, обобщение всего имущества; предлагал установить повсеместную выборность должностных лиц. Ж. Мелье утверждал, что реализации естественных прав человека препятствуют несправедливость и тирания власти, он отстаивал право народа на восстание против тирании абсолютизма.

Идеал Мелье – порядки коммунистической сельской патриархальной общины. Мыслитель считал, что все люди одной местности должны объединяться в одну семью- общину, в которой существует общее владение всеми благами, все трудятся и любят друг друга, как братья; общины заключают между собой союз с целью поддержания мира и взаимопомощи, устанавливают «справедливую и соразмерную» власть. Для того чтобы прийти к такому состоянию, люди должны осознать всю несправедливость тиранической власти, освободиться от предрассудков, среди которых первое место занимает религия, которую Мелье подверг разносторонней критике. По его мнению, религия и политика схожи по своим принципам и неплохо уживаются друг с другом, когда заключают между собой союз и дружбу; политика и религия – это «два вора-карманника, которые защищают и поддерживают друг друга». Церковнослужителей, которых государи за верную службу себе вознаграждают «обширными бенефициями и богатыми доходами», Мелье считал активными соучастниками в деле преступного обирания народа всевозможными господами. Он полагал, что «в хорошем и мудром государстве» профессия церковнослужителей должна рассматриваться как «нечто вредное и пагубное».

Ж. Мелье призывал народ к революции: «Постарайтесь объединиться, чтобы окончательно стряхнуть с себя иго тиранического господства ваших князей и ваших царей; опрокиньте повсюду все эти троны несправедливости и нечестия, размозжите все эти коронованные головы, сбейте гордость и спесь со всех ваших тиранов и не допускайте, чтоб они когда-либо царствовали над вами. Объединитесь все в единодушной решимости освободиться от. пустых и суеверных обрядов их ложных религий. И да не будет среди вас никакой другой религии, кроме религии мудрости и чистоты нравов; . да не будет другой религии как религии решимости окончательно уничтожить тиранию и суеверный культ богов и их идолов; . да не будет никакой другой религии кроме религии добросовестного труда и благоустроенной жизни всех сообща» [1] .

Разработанную схему нового общественного устройства, основанного на коллективной собственности, предложил другой французский мыслитель-утопист Морелли. Он является основателем особого направления утопической мысли – «рационалистического коммунизма». Достоверных сведений о его биографии не осталось, известно только, что он был аббатом, родом из Прованса. Взгляды Морелли стали известными из написанного им трактата «Кодекс природы, или Истинный дух ее законов» (1755).

Морелли был противником концепции договорного происхождения государства, считал, что переход от естественного состояния к государству явился следствием ошибки первых законодателей. Эти законодатели закрепили «чудовищный раздел произведений природы», который вызвал появление множества «жестоких и кровавых законов, против которых природа не перестает возмущаться». Люди от природы наделены равными неотъемлемыми правами – на жизнь, благополучие и счастье. Причиной неравенства выступает частная собственность.

В отличие от Т. Мора и Т. Кампанеллы Морелли не стал излагать свои идеи об устройстве общества на примере какого-то фантастического государства, а предложил конкретный проект законодательства коммунистического строя.

Для обеспечения коммунистических порядков Морелли предложил ввести в действие «Кодекс природы» – конституцию, в состав которой включены 118 законов, три из которых явились основными. Согласно этим законам: частная собственность запрещается; право собственности сохраняется только на предметы личного потребления, на орудия ремесла; всем гражданам должно быть обеспечено право на труд и на содержание от общества при утрате способности к труду. Морелли сформулировал принцип необходимости трудиться по способности: каждый гражданин обязан трудиться сообразно своим силам, таланту и возрасту.

Кроме этих «основных и священных» законов в «Кодексе природы» содержатся законы распределительные (хозяйственные), земельные, об общих порядках, о роскоши, о форме правления, о воспитании, о научных занятиях, о наказаниях и др.

Морелли предполагал сохранение в будущем обществе уголовных законов. Наиболее тяжкими преступлениями признаются убийство, а также попытка «посредством интриги либо иным путем уничтожить священные законы с целью ввести проклятую собственность». Виновный заключается «на всю жизнь, как буйный помешанный и враг человечества, в построенную на кладбище пещеру».

Менее тяжкие преступления (неповиновение должностным лицам или родителям, оскорбление словом или действием) должны караться тюремным заключением от одного дня до нескольких лет. В числе наказаний – лишение нрава занимать определенные должности на время или навсегда. Труд как средство исправления не применяется; напротив, легкие упущения могут наказываться лишением всякого занятия на несколько часов или дней, «дабы праздностью же наказать праздность».

Будущее общество, по Морелли, составляет единое целое, руководимое единым хозяйственным планом. Он сторонник централизованной формы организации общества (в противоположность отдельным самодовлеющим семьям-общинам у Мелье).

Морелли считал, что после введения в действие Кодекса природы законодательная функция государства будет исчерпана, и его основной функцией станет хозяйственно- организаторская, состоящая в распределении работ в обществе и надзоре за снабжением и распределением произведенной продукции. Для осуществления этих функций должны быть созданы единоличные и коллегиальные органы управления.

Морелли отрицательно относился к идее выборов должностных лиц, отстаивал принцип очередности занятия должностей отцами семейств. Ему кажется, что выборность нарушает принцип равенства, поскольку в обществе равных все в одинаковой степени достойны быть избранными.

В «Кодексе природы» Морелли предполагал строгую цензуру и государственный надзор за науками и искусствами, тотальную регламентацию всех сфер социальной и личной жизни. Детальному регулированию подлежали планирование поселений, воспитание и обучение детей, браки и разводы, форма одежды, способы питания, помыслы, нравы и поведение граждан. Все это, по мнению мыслителя, оправдывалось тем, что интересы общества стоят выше интересов личности.

В просветительском духе «Кодекс природы» предусматривал приобщение людей к достижениям науки и искусства, участие в их творческом развитии. Будущее общество свободы, равенства и братства было изображено Морелли как экономически развивающееся, причем научно-технический прогресс представал в качестве необходимой предпосылки удовлетворения растущих материальных потребностей людей и улучшения условий их жизни [2] .

Во второй половине XVIII в. «Кодекс природы» представлял собой общественно значимый идеал коммунистического общества. Именно это произведение оказало влияние на последующее развитие представлений об обществе, свободном от классовых антагонизмов, порабощения и угнетения.

Накануне и во время французской буржуазной революции большое распространение среди представителей демократического лагеря получили идеи французского просветителя, аббата [3] Габриэля Бонно де Мабли (1709–1785).

Выходец из богатой дворянской семьи. Получил образование в иезуитском колледже в Лионе и в семинарии в Париже. Впоследствии Мабли отказался от духовной карьеры и служил секретарем Министерства иностранных дел в Париже, а остаток своей жизни посвятил научной деятельности. Основными работами, в которых была изложена суть его концепции, были «Публичное право Европы, основывающееся на договорах, начиная с Вестфальского мира и до наших дней» (1757); «О правах и обязанностях гражданина» (1758); «О законодательстве, или принципы законов» (1776); «Замечания о правительстве и законах американских штатов» (1784).

Согласно концепции Г. Мабли государство и политическая власть созданы на основе общественного договора для защиты прав человека. Народ – единственный создатель политического строя, изначальный носитель верховной власти и ее распределитель, доверяющий власть должностным лицам. Под влиянием Платона и исторического опыта античных республик Мабли относился с недоверием к страстям и порокам толпы и отвергал непосредственное предоставление законодательной власти всей народной массе. Когда народ сам пишет для себя законы, утверждал Мабли, он всегда относится к ним с пренебрежением; «в чистой (т.е. непосредственной) демократии на форуме издаются такие же несправедливые и неразумные законы, как и в диване Турции» [4] . Мабли считал необходимым условием политической свободы и прогресса предоставление законодательной власти выборным представителям народа. Естественная обязанность граждан – назначение таких правителей, которые будут способны обеспечить счастье в обществе. Если правители действуют во вред интересам народа, то народ может сопротивляться тирании и сбросить такую власть. Мабли крайне отрицательно относился к монархии, считал, что должна быть ликвидирована наследуемая монархическая власть и установлен демократический режим.

Частная собственность, по мнению Мабли, должна быть уничтожена. Государству следует культивировать простые потребности и нравы. Мыслитель выступал за принятие целого ряда уравнительных законов, которые должны не умножать доходы, а уменьшать потребности. К таким законам относятся законы против роскоши; закон об отказе государства в покровительстве торговле и купечеству; закон, регулирующий порядок наследования, согласно которому имущество завещателя надлежит равномерно распределять между членами его семьи или передать в руки неимущих данной округи; закон об ограничении владений отдельных граждан.

Свой идеальный строй Г. Мабли рисует в виде небольших, исключительно земледельческих общин, проникнутых духом аскетизма и построенных на ограничении потребностей. Такое содержание концепции мыслителя дает все основания отнести ее к утопическому коммунизму. Идеи утопических социалистов во многом стали основой развития политико-правовых учений в период Великой французской революции.

Гракх [5] Бабеф (настоящее имя – Франсуа-Ноэль Бабеф) (1760–1797) – политический деятель эпохи Великой французской революции, теоретик коммунизма, принял активное участие в революции, издавал газету «Народный трибун».

В 1796 г. участвовал в создании тайного общества «Во имя равенства» для подготовки восстания. По доносу был арестован и приговорен к смертной казни.

Совокупность взглядов Бабефа, или так называемый бабувизм, базируется на идеях Морелли и якобинцев и является кульминацией развития социалистической мысли в революционной Франции конца XVIII в.

Основными работами мыслителя являются «Письмо к сыну» (1794); «Манифест плебеев» (1795).

Бабеф осуждал социальное неравенство и угнетение народа. По мнению мыслителя, борьба за естественное право людей на полное равенство пронизывает всю предшествующую историю человечества. С его точки зрения, французская революция XVIII в. должна была стать последним эпизодом этой вечной борьбы и принести победу бедным и угнетенным. Однако поскольку революция не доведена до конца вследствие гибели Робеспьера, то необходимо ее продолжить вплоть до торжества естественного права. Единственным средством для перехода к коммунизму является насильственная революция.

В переходный период Бабеф и его сторонники (бабувисты) планировали создать революционное правительство, которое введет всеобщее равенство, всеобщую обязательность труда, всеобщее вооружение народа, запретит все формы наследования, упразднит частную собственность в течение жизни одного поколения. При общности имущества «искусство регулирования общественных дел настолько упроститься, что скоро станет доступным для всех». В связи с этим сократится число должностных лиц, которые будут заняты полезным сельскохозяйственным или ремесленным трудом. Центром политической жизни будут народные собрания, на которых станут приниматься наиболее важные законы.

В идеальной республике Г. Бабефа идея равенства приобретает черты грубой уравнительности и примитивизма, отражающие низкий уровень общественного сознания зарождавшегося пролетариата. Полное равенство, как и у Морелли, предусмотрено даже в мелочах, вплоть до одинаковых костюмов и одинаковой мебели в квартирах.

studme.org

Политико-правовая идеология утопического коммунизма

Самостоятельным течением политической мысли предреволюционной Франции были учения утопического коммунизма. Они были востребованы процессом вовлечения в революционную борьбу низов городского и сельского населения, нуждавшихся в обосновании и выражении своих интересов. Эти учения приобретают новую и более рациональную форму по сравнению с утопиями Т. Мора и Т. Кампанеллы.

Если ранние утопии представляли собой описания идеального общества, которого нет на земле, то различные типы коммунистической идеологии XVIII в. выступали в форме теоретических рассуждений о возможности и необходимости построения бесклассового общества. Рационализм коммунистических доктрин выражался в том, что неизбежность разрушения существующего феодально-сословного строя и его институтов обосновывалась тем, что они чужды природе человека как разумного существа. Такой разумный и естественный порядок, по мнению теоретиков коммунизма, существовал на заре человеческой истории, однако затем был разрушен. Теперь необходимо восстановить этот справедливый порядок.

Коммунистические учения опирались на идеи эпохи Просвещения, что и обусловило их абстрактно-рационалистический характер. Как и политические доктрины просветителей, учения утопического коммунизма были лишены историзма и выведены исключительно из представлений о велениях разума и естественном состоянии человеческого общества. Все же, несмотря на сходство доктринальных основ, выводы, к которым приходили просветители и утописты-социалисты, были диаметрально противоположными.

Теоретики утопического коммунизма по-разному видели модель будущего разумного и справедливого общества. Сторонники государственного коммунизма связывали разумный порядок с жесткой регламентацией и контролем всех сфер жизнедеятельности человека со стороны государства, другие, наоборот, развивали идеи безгосударственного коммунизма.

Доктрина безгосударственного коммунизма Жана Мелье

Деревенский священник Ж. Мелье (1664–1729) – идеолог безгосударственного коммунизма, сочетавший в своем учении идеи о социальном равенстве и общности имущества с прямым призывом к революционному ниспровержению феодального строя.

В 65 лет, в 1729 г., больной и затравленный знатью Мелье покончил жизнь самоубийством, оставив потомкам свой трактат «Завещание», где изложил доктрину безгосударственного коммунизма.

Первоначально Мелье стремился выявить причины угнетенного и бесправного положения «народа, который несет на своих плечах все бремя государства», содержит «все дворянство, все духовенство, все монашество, все судебное сословие, всех военных, всех откупщиков. одним словом, всех трутней и бездельников на свете». Причинами установления таких «возмутительных порядков», по его мнению, являются, во-первых, частная собственность, а во-вторых, сословное неравенство. Частная собственность порождает жадность и побуждает людей к постоянной борьбе между собой. Следствием этой борьбы является, с одной стороны, обогащение и господство наиболее сильных, хитрых и ловких, злых и недостойных, а с другой – обнищание и бесправие народных масс.

Мелье подвергает критике феодально-сословный строй, где «одни опиваются и объедаются, роскошествуют, а другие умирают с голоду», с позиции теории естественного права. Ведь каждый человек от рождения наделен равными правами и свободами на земные блага, занятия полезным трудом. Однако существующий порядок чужд природе человека. «Противно разуму и справедливости обременять народные массы невыносимым бременем и к тому же отдавать их в жертву несправедливости и угнетению со стороны тех, кто причиняет им всяческое зло. Нет справедливости в том, чтобы одни несли все тяжести труда и неудобства жизни, а другие, не зная заботы и труда, наслаждались одни всеми благами и удобствами жизни» [1] .

Грабеж и насилие дали власть привилегированному сословию, которое заставляет народ содержать себя. Мелье, обращаясь к обездоленным крестьянам, замечал, что «князья и сильные земли грабят вас, попирают, притесняют, разоряют и тиранят вас под предлогом управления вами и поддержания общественного блага» [2] .

В объяснении причин происхождения феодального государства он отвергает теорию общественного договора, полагая, что

оно является не результатом «всеобщего соглашения», а следствием обмана, насилия, с помощью которых тираны, дворяне, духовенство, чиновники грабили народ, опираясь на армию и «подлых слуг» тирана.

Однако исключительно на насилии такой порядок не мог бы долго существовать. Основная причина его долголетия кроется к христианской религии. По мнению Мелье, как и всякая религия, она является продуктом союза различных мошенников, именуемых князьями Церкви и правителями государства. Первые из них внушали простому народу веру в рай и ад, в различные чудеса, а вторые поддержали их, уповая на то, что за смирение и послушание подданные будут вознаграждены в загробном мире. Тем самым «религия поддерживает даже самое дурное правительство, а правительство, в свою очередь, поддерживает религию, даже самую нелепую, самую глупую».

Для того чтобы освободиться от тирании, одного просвещения народа, по мнению Мелье, недостаточно. Необходима народная революция. Для свержения ненавистных тиранов, дворян и духовенства народу необходимо объединиться. «Объединитесь все в единодушной решимости освободиться от этого ненавистного и омерзительного ига их (знати) тиранического господства, равно как и от пустых и суеверных обрядов их ложных религий» [3] . Религией нового общества станет культ справедливости и правосудия, культ общего труда и общей жизни, культ свободы, братской любви, нерушимого мира и доброго согласия. Призыв к вооруженному восстанию сочетался у Мелье с необходимостью индивидуального террора.

Новый общественный строй, не знающий частной собственности и эксплуатации, не знает и государства. Мелье отвергал идею общественного договора, заменяя ее общественным управлением, а государство – общественной властью.

Модель будущего коммунистического общества изложена им в самых общих чертах. Первичной ячейкой общества выступают сельский приход и городская община, которые составляют производственно-потребительскую группу. Все жители мыслятся Мелье одной братской семьей, они будут «сообща пользоваться одной и той же или сходной пищей, иметь одинаково хорошую одежду, одинаково хорошие жилища, одинаково хороший ночлег и одинаково хорошую обувь; с другой стороны, должны все одинаково заниматься делом, т.е. трудом или каким-нибудь другим честным и полезным занятием» [4] .

Организацией общественного труда будут заниматься старейшины, избранные общинниками. Общность имущества принципиально изменит смысл и цели управления, понимаемого ранее как организованное насилие. «Все это должно происходить не иод руководством лиц, желающих властно-тиранически повелевать другими, а исключительно под руководством самых мудрых и благонамеренных лиц, стремящихся к развитию и поддержанию народного благосостояния» [5] .

Формой политико-территориального устройства самодовлеющих общин станет добровольная федерация. «Все города и другие общины, граничащие друг с другом, должны стараться заключить между собой союз и хранить нерушимый мир и единение между собой, дабы помогать друг другу в нужде, ибо без такой взаимопомощи не может быть общественного благосостояния» [6] .

Ликвидация частной собственности и социального неравенства уничтожит источник возмутительных порядков и злоупотреблений, отпадут причины войн, смут и мятежей, не станет судебных процессов по поводу собственности, а также воровства и других корыстных преступлений.

Политический идеал Мелье находится в прошлом, поскольку он представляет реанимацию идеи общинного коммунизма мечтателей-сектантов Средневековья. Однако несомненная заслуга Мелье состояла в том, что он первым призвал к народной революции как к способу достижения идеального общества.

Теория государственного коммунизма Этьенн-Габриэля Морелли

Теория государственного коммунизма Э.-Г. Морелли (1715 – нет сведений) изложена в трактате «Кодекс природы, или Истинный дух законов» («1755 г.) и представляет собой наиболее детальное и систематическое обоснование коммунистического общества.

Теоретической основой учения Морелли о коммунизме выступают доктрина естественного права и учение Платона об идеальном государстве, тотально регламентирующем все стороны жизнедеятельности человека. В соответствии с теорией естественного права Морелли делит человеческую историю на два периода:

1) золотой век человечества (естественное состояние);

2) государственно организованное общество.

Причину всех зол, существующих в современном ему государстве, Морелли видел в распространении частной собственности и личном присвоении того, что раньше принадлежало всем. Рассматривая все явления общественной жизни в исторической связи и развитии, он полагал, что естественное состояние – это золотой век человечества, когда люди жили в соответствии с законами природы, они были равны и свободны, имели общее имущество и были связаны отношениями родственной привязанности и любви. По мере роста числа семейств и их членов, бесконечных переселений, родственные узы ослабевали, а это неизбежно привело к разложению патриархальных порядков, соответствующих естественному разуму. Наступали раздоры и смуты, делавшие необходимыми издание законов, которые ранее не были известны людям. Вместо того чтобы учредить новые законы, которые позволили бы преодолеть эти трудности и урегулировали бы права и обязанности каждого индивида, распределили между ними занятия, взаимную помощь и пользование движимыми вещами, совершилась роковая ошибка: «чудовищный раздел произведений природы». Законодатели вместо сохранения в незыблемости естественных порядков и общности имущества узаконили частное присвоение.

Учреждение частной собственности «перевернуло вверх дном законы природы», исказило страсти людей, породило жадность. Возникла «всеобщая чума – частный интерес – эта изнурительная болезнь всякого общества». В результате для подчинения людей порядку пришлось издать великое множество «жестоких и кровавых законов, против которых природа не перестает возмущаться».

Морелли выявил связь форм государства, целей правления и назначения права с отношениями собственности. Все пороки и недуги существующего общества, его учреждений он связывал с принципом частной собственности. Поэтому бессмысленно искать наилучшую форму правления, пока не уничтожена частная собственность и порожденные ею частные интересы. В противоположность Ш. Л. Монтескье он полагал, что все формы правления «покоятся в большей или меньшей мере на собственности и интересе». При сохранении частной собственности, рассуждал Морелли, концентрация богатств неизбежно ведет к тому, что демократия превращается в аристократию, аристократия – в монархию, а та – в тиранию.

Для того чтобы помочь человечеству восстановить золотой век на новых, более прочных основаниях, Морелли предлагает ввести совершенное законодательство, соответствующее «намерениям природы». Введение в практику системы законодательства, которое будет детально регламентировать жизнь граждан, позволит преодолеть пороки и недуги феодально-сословного строя и обеспечить возвращение людей к золотому веку. В «Кодексе природы» содержится «образец законодательства», включающий 118 законов, среди которых «основные и священные» законы, распределительные (хозяйственные), земельные, об общих порядках, о роскоши, форме правления, воспитании, научных занятиях, наказаниях и т.д [7] .

Базовые принципы организации и функционирования общества закрепляются в «основных и священных законах», целью которых является достижение подлинной свободы человека. Морелли иначе, чем просветители, понимал свободу. Он полагал, что «истинная политическая свобода человека состоит в беспрепятственном и безбоязненном пользовании всем, что может удовлетворить его естественные и, следовательно, законные желания» [8] . Такая свобода обеспечивается только восстановлением общественной собственности, соответствующей природе человека.

«Основные и священные законы» имеют свойства учредительных принципов, которые конституируют исходные начала нового общества, из которых выводятся все остальные законы.

Первый закон – установление общественной собственности на все, исключая вещи личного пользования: «В обществе ничего не будет принадлежать отдельно или в собственность кому бы то ни было, кроме тех вещей, которыми он будет действительно пользоваться для своих нужд и удовольствий или для своего повседневного труда».

Второй закон объявляет каждого гражданина «должностным лицом, обеспеченным работою и получающим содержание на общественный счет».

Третий закон обязывает всех трудиться, содействовать общественной пользе «сообразно своим силам, дарованиям и возрасту» [9] .

Из трех «основных и священных законов» проистекают все остальные установления, регламентирующие различные стороны жизни граждан.

Морелли – сторонник жесткой и детальной регламентации производства и распределения, воспитания и образования, строгой цензуры за помыслами, вкусами, модой. Тотальная регламентация, по мнению Морелли, основана на том, что существует «неразрывная связь личного счастья с общим благом». Он полагал, что «целое стоит больше, чем часть, даже наилучшая; все человечество стоит больше, чем наилучший из людей, и нация заслуживает предпочтения пред самой почтенной семьей и самым уважаемым гражданином».

Так, до пяти лет дети воспитываются матерями, а затем все дети помещаются в предназначенные для этого детские дома. «Их пища, одежда и первоначальное обучение будут везде совершенно одинаковыми, без всяких отличий. От 10 до 30 лет молодые люди каждой профессии будут носить форменное платье из одной и той же материи, чистое, но обыкновенное и подходящее для их занятий». С 30-летнего возраста каждый гражданин «будет одеваться по своему вкусу, но без особой роскоши. Он будет также кормиться в своей семье, соблюдая умеренность в еде и напитках». Все граждане у Морелли – ремесленники и остаются ими до глубокой старости. Длительность рабочего дня не определена, но рабочая неделя – четырехдневная, а пятый – день общественного отдыха.

Семейно-брачные отношения также регламентируются государством. Существует моногамия. Устанавливается принудительное вступление в брак всех достигших 15–18 лет. Развод допускается, но только после 10 лет совместной жизни. Он оговаривается рядом условий, например, разведенные не имеют права вступать в новый брак с лицами более молодыми по возрасту.

По форме правления государство Морелли – демократическая республика. Она отличается тем, что не знает особых должностных выбранных лиц. Все должностные лица замещаются «по очереди», на год или пожизненно. В этом проявлялось отрицательное отношение Морелли к политической деятельности, которая может поколебать равенство граждан, дать привилегии должностным лицам. Целью государства является сохранение первобытных и естественных порядков, которые соответствуют разуму.

Государство организуется как орудие осуществления законов природы и существует как власть исполнительная и наблюдательная. Поскольку законы природы едины для всего человечества, постольку «будет только одна конституция, только один правительственный механизм под разными названиями». Этот механизм может быть устроен по-разному. Возможна демократия отцов семейств, где каждый отец семейства, достигший 50 лет, становится сенатором. Отцы семейства управляют по очереди и делами в отдельных семьях, трибах, городах. Наконец, каждая провинция дает пожизненного главу государства. Возможна «аристократия» – правительство мудрецов, назначаемых народом. Достоинством аристократии является наибольшее соблюдение и исполнение законов всеми. Еще большая точность и быстрота в соблюдении законов достигается при «монархии» – правлении достойного, который препятствует возникновению частной собственности. Однако какая бы форма правительственной власти ни была, она опирается на суверенитет законов природы.

По форме государственного устройства – это унитарное государство. Оно делится на провинции, провинции включают города, которые подразделяются на трибы, трибы – на семьи. Из отцов семейств образуется сенат города, из представителей городских сенатов – Верховный сенат Нации. Сенаты подчинены власти законов. Наряду с исполнительной властью главы триб, начальники городов и провинций, глава Нации осуществляют надзор за соблюдением законов, за работами, снабжением и распределением.

Специфика государственного управления, по Морелли, состоит в наличии системы производственных органов, наряду с государственными ее составляют мастера и старшины корпораций (цехов). Они входят в советы городов, посылающих депутатов в Верховный совет Нации, подчиненный Верховному сенату. Сенаты запрашивают мнение советов по вопросам производства, труда, воспитания, распределения и другим и учитывают его при принятии решений. Наличие двух систем управления – государственной и производственной – позволяет эффективно организовать процесс производства товаров и их справедливое распределение со складов.

Соблюдение законов должно осуществляться под страхом жесточайших наказаний. Жестоко караются тяжкие преступления: убийства, прелюбодеяния, а равно попытка «посредством интриги либо иным путем уничтожить священные законы с целью ввести проклятую собственность». Виновный пожизненно помещается в пещеру, «построенную на кладбище», как «буйный помешанный и враг человечества». Менее тяжкие преступления, среди которых выделялись неповиновение должностным лицам или родителям, оскорбление словом или действием, должны караться тюремным заключением от одного дня до нескольких лет. Наряду с этим применялась такая мера наказания, как лишение права занимать определенные должности на время или навсегда.

Труд как средство исправления не применяется; напротив, мелкие проступки или неаккуратность могут наказываться лишением всякого занятия на несколько часов или дней, «дабы праздностью же наказать праздность».

Создание нового общества Морелли предполагал осуществить путем просвещения народа, которое только и способно возвратить человечество в золотой век.

Политическая доктрина Габриеля Бонно де Мабли

Аббат, французский просветитель и социальный философ Г. Б. де Мабли (1709–1785) родился в дворянской семье и в отличие от Мелье и Морелли не верил в возможность возвращения к принципам золотого века. Однако он полагал, что только коммунистический строй соответствует природе справедливо построенного человеческого общества.

В обосновании коммунистического общества он исходил из теории естественного права, согласно которой государство и право выводятся из природы человека. В трактате «О правах и обязанностях гражданина» (1758 г.) Мабли считал, что человеку присущи, с одной стороны, разум, сострадание, благодарность и соревнование, а с другой – эгоизм. В естественном состоянии человек следует естественным законам как велениям разума. Следствием этого является свобода, равенство, взаимопомощь людей, совместный труд на общее благо, «счастливая общность интересов». Возникновение частной собственности стало причиной всех социальных зол: нищеты, рабства, тирании, нравственных пороков.

В своем трактате «О законодательстве ши принципы законов» (1776 г.) Мабли писал, что частная собственность возникла как следствие лености части граждан или злоупотреблений со стороны должностных лиц. В результате общество распалось «на два класса – богатых и бедных». Мабли ставил в прямую зависимость собственность и власть в государстве, считая, что последняя принадлежит в государстве собственникам и направлена против неимущих. «Едва богатства приобретут какой-то вес, богатые пытаются захватить государственную власть. Незаметно для себя государство оказывается во власти деспотизма, а глупость народа навеки закрепляет его порабощение» [10] .

Поскольку люди не могут жить в одиночку, им свойственно стремление к объединению. Будучи разумными существами, люди заключают общественный договор – учреждают государство ради общего блага и устанавливают законы, чтобы сдерживать свои страсти. Единственным источником всякой власти является народ, он сохраняет за собой право изменять существу

ющее правление. Если существующее правление тираническое, противоречащее естественным правам человека на безопасность и свободу, то народ вправе изменить его любыми средствами, включая революционные.

Проект коммунистического общества Мабли не оставался неизменным. С одной стороны, он восхвалял коммунистические порядки древности и полагал, что отход от них привел к многочисленным несчастьям. С другой стороны, будучи рационалистом, Мабли понимал, что общность имущества идеальна для человечества, но неосуществима не только из-за «испорченности» людей, но еще более из-за деления общества на противоположные классы и отсутствия сил, способных взять на себя осуществление коммунистического идеала. Мабли видел, что внутри третьего сословия происходит борьба социальных групп: «Кто не видит, что наши общества разделены на различные классы людей, которые по причине существования у них земельной собственности, по причине жадности и тщеславия имеют интересы, не скажу разные, по противоречивые?» [11] .

По этой причине в трактате «О законодательстве» Мабли предлагает мероприятия, носящие эгалитаристский характер (в этом проявляется влияние Ж.-Ж. Руссо), способные по возможности приблизить общество к утерянному раю золотого коммунистического века: в первую очередь законы, уничтожающие жадность, или по крайней мере предотвращающие часть тех зол, которые возникают по причине частной собственности, которую уничтожить нельзя. Он обращается к законодателям: «Устройте свои законы так, чтобы я довольствовался умеренным состоянием. Покажите мне, что богатства бесполезны. Они должны распространяться на все: на мебель, жилища, стол, слуг, одежду; если вы что-нибудь оставите без внимания, вы откроете путь для злоупотреблений, которые распространятся на все. Чем суровее будут законы, тем менее опасным будет неравенство имуществ» [12] .

Посредством этих законов государство должно способствовать установлению простых потребностей и нравов. Первый среди законов – закон против роскоши. Второй закон – запрет торговли, отмена денег, отказ государства от покровительства купечеству, поскольку присущий коммерции дух алчности противоречит добродетельному поведению. Третий закон о порядке наследования, согласно которому имущество завещателя должно равномерно распределяться между членами его семьи, а лучше вообще дробиться или даже переходить в руки неимущих. «Пусть богачи приучатся смотреть на неимущих, как на своих сыновей, братьей и наследников». Четвертый закон устанавливает пределы владений отдельных граждан. Не следует разрешать «владеть землей сверх определенного количества» [13] .

По форме правления государство Мабли – республика, верховным носителем власти в ней является народ. Его суверенитет выражается, прежде всего, в том, что только он является верховным законодателем. Парод избирает правительство, которое неукоснительно исполняет мудрые законы. Государство с помощью законов, должностных лиц и жестоких наказаний детально регулирует все стороны жизни, стремясь обеспечить всеобщее равенство при сохранении ограниченной частной собственности.

Проблемы государства и права в доктрине Гракха Бабефа

Наиболее детально концепция «государственного коммунизма» была изложена Г. Бабефом (1760–1797) и его единомышленниками в программе тайного общества «Заговор во имя равенства».

Бабеф родился в Пикардии на севере Франции в бедной семье. Рано познал бедность и лишения, работал поденщиком, а затем помощником землемера.

Во время Французской революции он принял имя Гракх. Первоначально он одобрил свержение якобинской диктатуры 9 термидора (27 июля) 1794 г. и установление термидорианской республики. Однако термидорианский Конвент (законодательное собрание) и Директория (исполнительная власть) отменили законы, ограничивающие рост цен на товары первой необходимости и размер зарплаты, что резко ухудшило положение народных масс. Осознав свою ошибку, Бабеф и его единомышленники (бабувисты) в 1796 г. создали «Тайную директорию общественного спасения» – нелегальную революционную организацию с целью свержения термидорианской Директории и установления подлинного равенства, а также продолжения революции. По доносу предателя Бабеф был арестован и приговорен к смертной казни.

Опираясь на доктрину естественного права, Бабеф не призывал к идеализации первобытного коммунистического строя и тем

более не к его восстановлению. Он различал естественное состояние первобытных людей и тот коммунистический строй, который в действительности соответствует разумной природе человека. Естественный строй первобытных людей – это общество несовершенное и случайное, а коммунистическое общество – это продукт человеческого разума, его опыта, размышлений, оно соответствует естественному праву. По мнению Бабефа, борьба за естественное право людей на полное равенство пронизывает всю предшествующую историю человечества. С его точки зрения, французская революция XVIII в. должна стать последним эпизодом этой вечной борьбы и принести победу бедным и угнетенным. Однако поскольку революция не доведена до конца вследствие гибели Робеспьера, то необходимо ее продолжить вплоть до торжества естественного права.

Для создания общества «свободы, равенства и всеобщего счастья» необходима революция. Сторонники Бабефа в документе «Акт о восстании» детально расписывают ход ее проведения. Прежде всего, народные массы должны овладеть всеми правительственными учреждениями, подавить всякое возможное сопротивление сторонников тирании и для этого обезоружить и арестовать их, в том числе членов обеих палат Конвента – Совета старейшин и Совета пятисот и Директории, «являющихся узурпаторами народной власти». Бабувисты предполагали начать восстание в Париже, откуда революционное движение «легко сообщилось бы демократическим элементам во всей республике». В день восстания должен был быть учрежден Национальный конвент, состоящий из революционеров.

Для облегчения положения трудящихся им должны быть немедленно предоставлены различные преимущества: бесплатная раздача хлеба, обеспечение народа продовольствием, вселение неимущих в дома врагов революции, безвозмездное возвращение народу заложенных в ломбарде вещей и т.п. По мнению Ф. Буонарроти, сподвижника Бабефа, «существовало убеждение, что пыл пролетариев, единственной подлинной опоры равенства, возрастет вдвое, когда они с самого начала восстания увидят осуществление множество раз откладывающихся мероприятий, которые должны облегчить их участь».

Наконец, устанавливается революционная диктатура Национального конвента, являющегося временным правительством на переходный период. Оно, однако, не вводит в действие якобинскую Конституцию 1793 г., поскольку в ней содержались положения о частной собственности как естественном праве человека: бабувисты стремились к уничтожению частной собственности и всяких различий между людьми.

После захвата власти начинается созидание коммунистического общества, черты которого были сформулированы в проекте «Декрета об управлении».

1. Провозглашается принцип всеобщности и обязательности труда. Все лица, не занятые полезным трудом, объявляются «иностранцами». Они не пользуются политическими правами; под страхом смертной казни им будет запрещено иметь оружие; революционное правительство может отправлять «иностранцев» в места исправительного труда.

2. Экономическая жизнь должна быть основана на принципе общности имущества и искоренения частной собственности. Осуществляется национализация всего имущества в республике, собственником которого должна стать Большая национальная община. Ей передается имущество национальное, общинное, конфискованное у врагов революции. Собственность общины постоянно возрастает за счет имущества вступающих в нее граждан. Национальная община является наследником всех собственников. В общину принимаются все желающие, в нее зачисляется молодежь. Национальная община организуется как форма единого, в масштабах страны, централизованного и регулируемого государством народного хозяйства. «Богачи, не желающие отказаться от своего избытка в пользу неимущих, являются врагами народа».

3. Особый закон предусматривал меры, ускоряющие процесс упразднения частной собственности. Среди них упразднение права наследования; отмена денег; взимание налогов натурой, причем общий размер налогов ежегодно увеличивается вдвое, а их сумма распределяется в прогрессивном порядке; запрет частной торговли с другими народами и т.д. Эти меры в совокупности с политическими ограничениями богачей должны «сделать золото более обременительным, нежели песок и камни».

4. Всеобщее вооружение народа. Все, кто занят полезным трудом, получат оружие и будут участвовать в народных собраниях.

5. Прямое народоправие. При общности имущества «искусство регулирования общественных дел настолько упростится, что скоро станет доступным для всех». В связи с этим сократится число должностных лиц, которые теперь будут заняты полезным сельскохозяйственным или ремесленным трудом. Центром политической жизни будут народные собрания, на которых станут приниматься наиболее важные законы.

В идеальной республике Бабефа идея равенства приобретает черты грубой уравнительности и примитивизма, отражающие низкий уровень общественного сознания зарождавшегося пролетариата. Полное равенство, как и у Морелли, предусмотрено даже в мелочах, вплоть до одинаковых костюмов и одинаково прилично меблированной квартиры, «чтобы так называемое изящество мебели и одежды уступило место деревенской простоте»; предполагалось пресекать «манию выставления напоказ своего остроумия и фабрикования книг».

Производство, потребление, воспитание и обучение, общественная и личная жизнь граждан будущего общества должны были, по их мнению, тотально регламентироваться при помощи права и государства. Враждебность бабувистов к частной собственности доводила до отрицания ими достижений культуры и цивилизации, а требования материального равенства – до уравнения потребностей и талантов. По мнению бабувистов, всем гражданам должен быть обеспечен «одинаковый и честный средний достаток», «умеренный и скромный достаток». «Граждане будут хорошо питаться, хорошо одеваться, усиленно развлекаться при отсутствии всякого неравенства, всякой роскоши» [14] . Не будет ни столицы, пи больших городов, все дома и мастерские будут построены по одинаковым планам.

В государстве устанавливается полное единомыслие, поскольку ученость питает тщеславие и толкает на пагубные действия, направленные против прав простых и менее образованных людей. «Превосходство талантов и предприимчивости, – писал Бабеф, – является лишь химерой и благовидным обманом, который всегда служил заговорщикам в их кознях против равенства и счастья людей. » [15] . Подрастающее поколение должно воспитываться в строжайшей строгости и умеренности. Будет запрещено все, что не может быть предоставлено каждому. В республике существует одна религия – религия равенства, основанная на догмате бессмертия души.

  • [1]Мелье Ж. Завещание: в 3 т. М„ 1954. Т. 1. С. 59.
  • [2]Мелье Ж. Завещание. Т. 2. С. 201.
  • [3]Мелье Ж. Завещание. Т. 3. С. 360.
  • [4] Там же. С. 375.
  • [5]Мелье Ж. Завещание. Т. 3. С. 376.
  • [6] Там же. С. 377.
  • [7]Морелли Э.-Г. Кодекс природы, или Истинный дух ее законов. М., 1956. С. 132.
  • [8] Там же. С. 132.
  • [9] Там же. С. 210.
  • [10]Мабли Г. Б. де. О правах и обязанностях гражданина //Мабли Г. Б. де. Избр. произв. М., 1950. С. 79.
  • [11]Мабли Г. Б. де. О правах и обязанностях гражданина. С. 79.
  • [12] Там же. С. 90.
  • [13]Мабли Г. Б. де. О правах и обязанностях гражданина. С. 129.
  • [14]Буонаротти Ф. Заговор во имя равенства. М., 1963. Т. 2. С. 124.
  • [15] Там же. С. 254.

studme.org

admin